Бред за номером пятьдесят четыре. Жертва.

[vladfe]

Ирвен проснулся утром. Хотя как можно назвать те попытки закрыть глаза и задремать, сном - не понятно. Утро неотвратимо наступило.
Он открыл глаза и резко встал с постели. На столе уже стоял, накрытый золоченым колпаком, завтрак. Он подошел к балконной двери,
и открыл ее, впуская по-утреннему свежий воздух. Ирвен вдохнул этот воздух полной грудью, и медленно выпустил через нос. На балкон
ему выходить не хотелось, он уже слышал стрекот вертолетов неподалеку и гул толпы внизу.
Французский тост со свежей клубникой и дольками грейпфрута буквально таял во рту. Горячий кофе, вкусный и бодрящий, окончательно
унес остатки ночной дремоты.
Теперь в ванную комнату. Ирвен привычно нанес пену на успевшую появиться, щетину и точными движениями бритвы стал бриться,
оставляя на лице гладкую кожу. В гардеробе уже висел дорогой костюм с белоснежной рубашкой и безупречно подобранным галстуком.
Кожаные туфли стояли здесь же и ждали своей очереди. Одевшись, Ирвин постоял перед зеркалом, оценивая свой шикарный вид,
элегантно одетого молодого человека.
Перед дверью он немного помедлил, представляя, что его сейчас ожидает и глубоко вздохнув, открыл ее и вышел в гостиничный корридор.
Вспышки камер ослепили его в первую секунду, и он остановился, но продолжил идти сквозь толпу журналистов и репортеров, к лифту,
стараясь не слышать их вопросы, и стараясь не замечать протянутых к нему микрофонов, диктофонов и прочей техники. Хорошо, что
охранники сдерживали эту толпу и не давали ей приблизиться. В лифте его ждали. Отец, улыбаясь, пожал ему руку, хотя видно было, что
он волнуется и расстроен. Мать обняла и поцеловала, торопливо вытирая слезы с опухших и покрасневших глаз. Лифт понесся вниз.
В лобби было полно народу, его обнимали, говорили какие-то высокопарные фразы, хлопали по спине и жали руку. Их провели через
дверь гостиницы и посадили в длинный и белый автомобиль, который немедленно тронулся с места и, набирая скорость, поехал через
город в направлении храма. Люди стояли вдоль улиц, аплодируя, кто-то держал в руке плакаты, но Ирвин не успевал прочитать то, что
было на них написано.
Автомобиль подъехал к лестнице храма, где концентрация людской массы была максимальна. Полицейские в парадных мундирах,
сдерживали натиск толпы, освобождая узкий проход к лестнице. В воздухе висело по меньшей мере, с десяток вертолетов, ощетинившихся
телекамерами. Прямой эфир транслировался одновременно во всех странах с синхронным переводом на более чем 5000 языков.
Мать и отец остались внизу, а Ирвин отправился вверх по ступеням туда, где на площадке из мрамора, ждал его жрец...Через несколько
минут это свершилось и кровь Ирвина обагрила мраморный алтарь Храма. И в тот же момент весь мир облетела новость: спасительная
жертва ради дождя была принесена! Жрец в прямом эфире, объявил, что кровь хлынула ручьем, что говорит о благоволении богов, и о том, что
жертва была принята и скоро следует ожидать дождя. Синоптики подтвердили, что ветер переменился, что символизирует перемену
погоды.
В мире было еще столько проблем: войны, глобальное потепление, голод...